Архитектура многих типовых школ, построенных еще в советскую эпоху, напоминает казарменную: длинные, лишенные индивидуальности коридоры, однотипные классы с рядами парт, строго ориентированных на учительский стол, линейки, напоминающие марши, — явный уклон в сторону армейского уклада. Визуальный контроль здесь является ключевым элементом. Дети проводят большую часть дня в жестко структурированном пространстве, где их перемещение ограничено звонками, а личное время сведено к минимуму. Правила внутреннего распорядка часто предписывают ношение унифицированной формы, что еще больше нивелирует личность, подчеркивая принадлежность к коллективному целому.
Поведенческие нормы также работают на создание соответствующей атмосферы. Система оценивания нередко выходит за академические рамки, превращаясь исключительно в инструмент контроля за дисциплиной и даже внешним видом. Публичные выговоры, коллективное осуждение провинившегося ученика перед классом или линейкой являются распространенной практикой. Взаимоотношения между учителем и учеником выстроены по строго иерархическому принципу «начальник — подчиненный», где мнение авторитета не подлежит сомнению. Подобная система воспитывает не критическое мышление, а умение подстраиваться и соблюдать предписания.
Вспомните советские школы и сравните их с современными российскими. Отличия лишь в том, что сейчас школы научились зарабатывать на детях и их родителях (репетиторы, сборы денег, подарки). Система обучения изменилась лишь теоретически (ЕГЭ, рекомендации), но практически преподаватели используют все те же дикие методы: подавление, запугивание и зубрежку.
Дети, которые видят этот холод, это, не побоимся этого грубого слова, «скотское» отношение к себе как к солдату или, лучше сказать, заключенному, запоминают школу, колледжи и вузы как худшее место. Они видят не сострадание и понимание, не интересные рассказы из личной жизни учителей, а сухие пустые методички и попытки унизить слабого.
Это создает образ колонии. Когда ты идешь учиться не в любимое место, а в полумрак, где тебя, как кажется, ненавидят. Где взрослый человек не пытается тебя понять и стать примером, а пытается выложить на тебя свои личные обиды и сорвать злость. С этим нахальством сталкиваются миллионы детей и студентов по всей стране.
Детские лагеря, особенно те, что работают по «пионерской» модели, часто лишь усиливают эти впечатления. Жесткий распорядок дня, построчный выход на утреннюю линейку, сдача нормативов и соревнования между отрядами на звание «лучшего» копируют армейские или исправительные ритуалы. Акцент делается на массовости и организованности, а не на создании комфортной и безопасной среды для личностного роста и отдыха каждого конкретного ребенка.
Детей не учат чему-то новому, их учат лишь бежать ради награды, зубрить ради оценки, подчиняться по статусу и молчать, когда что-то не нравится.
Вы можете возразить, что сегодня дети матерятся, дерутся, нападают на взрослых. Но, уважаемые читатели, давайте задумаемся, а кто создает для этого почву? Дети по своей природе не рождаются маньяками и головорезами, их такими делает среда. Если в обществе закреплена культура снисхождения, желания добра, взаимопонимания, то и ребенок будет впитывать именно это. Ведь, как известно, из условных церковных школ почему-то не выпускаются головорезы, воры и убийцы. Проблемные личности выходят обычно из самых обычных школ. И чем неблагополучнее школа, тем больше шанс, что ребенок попадет в плохую компанию или будет раздавлен местной субкультурой.
Если отец орет как сумасшедший каждый вечер, а мать пьет, то и ребенок вырастет в подобных условиях. И увы, мы видим это в очень большом количестве. Такие родители, как правило, бросают ребенка в школе на произвол судьбы, но на деле он ищет контактов и находит их часто в не лучших кругах.
Что делать? Друзья, возможно, вы предложите сажать одних в СИЗО, а других оставлять в школах? Но мы же понимаем, что это сказка. Закон привлекает детей лишь в крайних случаях — когда ребенок уже кого-то жестоко избил или убил. В остальных случаях он де-юре ничем не отличается от остальных детей.
Единственное, что возможно сегодня — это кардинально поменять систему обучения. Детей нужно не заставлять зубрить стишки Пушкина и даты Бородинского сражения, а давать право высказаться, предварительно объяснив, что любой переход на личности оскорбит другого.
Объяснения из-под палки — вот причина того, что человек начинает понимать что-то во взрослом возрасте тоже только из-под палки.
Советская система обучения — не лучшая система, а одна из худших. Не потому, что дети плохо знают математику или геометрию, а потому, что она давала понять лишь одно правило: человек не может отходить от определенной нормы, а если он от неё отходит — значит, его нужно ломать. Никаких взаимопониманий нет, есть только одна правильная позиция. Если ты с ней не согласен — ты плохой.
В СССР хорошая система образования существовала исключительно до 60-х годов. Затем система устарела, а программы не меняли.
Сегодня в школах необходимо вводить начальную психологию, чтобы дети научились понимать друг друга, а также групповые занятия в группах по 3-5 человек. Рассказывать про взаимопонимание, чувства и отношения.
Необходимо полностью исключить зубрежку — она бессмысленна и не дает никакой пользы.
Развивать идеи, мысль и фантазии.
Ввести уроки творчества — именно творчество дает человеку возможность прочувствовать, а творческий труд — возможность выплеснуть свои эмоции.
Необходимо рассказывать не истории о том, какие все страны кругом плохие, а показывать видео с интересными местами и достопримечательностями. И каждый устойчивый тезис («Лондон — красивый город», «Вы обязаны посетить Москву») подробно аргументировать и доказывать детям, чтобы дать понять, что взрослый считается с их мнением и готов к диалогу. Сегодня же даже СМИ нас агрессивно призывают к какому-либо действию, не дав аргументированного доказательства его необходимости.
Максимально убрать любые оценки. Друзья, школы — это место, где человек пробует себя в чем-то, колледжи — это место, где учится чему-то, а вузы — где получает углубленные знания. Оценки по истории, теориям, литературе, труду, рисованию, языкам и математике — это абсолютный бред. Ни один сотрудник, работающий на предприятии, никогда не знает всю программу и теорию наизусть. Значит, он двоечник? Абсолютно нет. Оценку ставит незнакомый человек с неизвестным прошлым. Он оценивает на личном опыте и часто не беспристрастно. Можем ли мы доверить свою жизнь кому-то, кто считает, что может вас оценивать? Разумеется нет. Так и в учебных заведениях, оценки - это абсолютно субъективные меры, которые часто подкрепляются лишь личным мнением преподавателя или профессора.
Необходимо создать отдельные оценочные комиссии для выдачи сертификатов и дипломов, а профессоров-теоретиков оставить только для обучения.
Классы и в школах, и в колледжах, и в вузах необходимо привести в порядок, чтобы дети и студенты чувствовали себя там как дома, а не как в казарме.
Это лишь малая базовая часть, которая необходима для изменения образовательной ситуации в стране. Пока этого не будет сделано хотя бы минимально, как это делают хотя бы в ЕС, мы не увидим никаких изменений. Дети и студенты будут ненавидеть школы и вузы, преподаватели будут срывать зло на учащихся, учащиеся — ненавидеть их за это и пытаться нанести ответный удар в виде высмеивания или жестокости по отношению к другим.
