--- DanJam. Свобода. Правда. Жизнь ---

Как-то раз заспорили двое о том, можно ли рассердить Гиллеля.
– Вот увидишь, – сказал один из них, – уж я-то выведу его из терпения!
В общем, заключили они пари и поспорили на четыреста зуз.
Было это в канун субботы, когда Гиллель собирался купаться. Человек, который обещал рассердить Гиллеля, проходя мимо дверей его дома, стал выкрикивать:
– Кто здесь Гиллель? Кто здесь Гиллель?
Гиллель оделся и вышел к нему:
– Что тебе нужно, сын мой?
– Я хочу задать тебе один вопрос.
– Спрашивай, сын мой, я весь во внимании.
– Скажи мне, почему у вавилонян головы неправильной формы?
– Сын мой, ты, без сомнения, задал мне важный вопрос. Это все оттого, что у вавилонян нет хороших повитух.
Спорщик ушел, но через некоторое время вернулся и вновь принялся выкрикивать:
– Кто здесь Гиллель? Кто здесь Гиллель?
Гиллель, как и в прошлый раз, вышел к нему и спросил:
– Что угодно тебе, сын мой?
– Хочу задать тебе один вопрос.
– Спрашивай, сын мой, спрашивай.
– Отчего у тармудян глаза больные?
– И это важный вопрос, сын мой, очень важный. У тармудян больные глаза, должно быть, оттого, что они живут в песчаных местностях.
Тот человек ушел, но вскоре опять вернулся и принялся кричать:
– Кто здесь Гиллель? Кто здесь Гиллель?
Оделся Гиллель и вышел к нему:
– Что ты хочешь, сын мой?
– Хочу задать тебе один вопрос.
– Спрашивай, сын мой, спрашивай.
– Скажи мне, отчего у апракийцев такие широкие ступни?
– Важный вопрос, сын мой, задал ты мне, очень важный. Мой ответ такой – оттого, что они живут среди болот.
– Много еще вопросов я имею к тебе, но боюсь рассердить тебя.
– Не бойся, сын мой, спрашивай обо всем, что желаешь.
– Тогда скажи, тот ли ты Гиллель, которого величают князем израильским?
– Да.
– Пусть же не будет много тебе подобных в Израиле!
– Но почему?
– Потому, что из-за тебя я потерял четыреста зуз.
– Будь же впредь осмотрительней, сын мой. Не один раз ты четыреста зуз потеряешь, а рассердить Гиллеля тебе не удастся.