Друзья, если в 90-х годах церковь не оказывала влияния на государство и устои, то сегодня даже проводят уроки религии в школах. Не находите это странным? СМИ же будто не видят в этом ничего странного, как нечто совершенно естественное. Будто бы все эти последние 100 лет церковные священники не переставали ходить к детям в вузы и школы.
Церковь — очень интересная вещь. Когда государство хочет снизить стремление населения к реформам — оно закрывает школы и строит церкви, а когда его цель — стремление к науке и постройка ракет, то оно закрывает церкви и на их месте возводит школы. Это весьма забавно и легко, но всегда было действенно. В России церковь многие годы же играла роль психолога, нравственной полиции, загсов вплоть до XX века.
Российская православная церковь (РПЦ) — это наследница византийской православной традиции. И РПЦ, и Римско-католическая церковь ведут свою историю от единой Древнецерковной традиции, но разделились в 1054 году из-за разногласий. При этом РПЦ, по странной причине стала ассоциировать себя исключительно с национальностью и государством, называя себя русской. Хотя та же католическая церковь или ислам никогда не называли себя исключительно «германской католической церковью» или «египетским исламом». Не находите это странным?
А согласно заветам и вовсе, Бог или Аллах — един для всех, и он не имеет национальности или паспорта, который бы её определял.
В Российской империи была одна интересная вещь, которая создавала барьер, чтобы патриархи не пропагандировали свои взгляды на светское общество. Этот барьер — секуляризация. Этот барьер был заложен неспроста, ведь когда-то церковь действительно переходила границы и без зазрения совести брала подать с прихожан.
Секуляризация появилась в XVIII веке и стала бумом, который охватил Европу, а затем и Россию. В Россию эту технологию привез Петр I. РПЦ, которая до XVIII века имела сильное влияние на общественность в России, вдруг лишилась земель, мест и власти, а старые обряды вовсе отменили. Те, кто с этим был не согласен, уезжали далеко в Сибирь, создавая общины там.
В Российской империи появились обер-прокуроры — специальные люди, которые стояли во главе церкви. Они всегда носили мундиры и заведовали всеми делами церкви. Грубо говоря, это были обычные, знакомые сегодня прокуроры, но занимались они исключительно надзором за церковью. Они не давали священникам ходить по училищам и университетам, выступать на трибунах и в театрах, оказывать влияние на политику, писать доносы и высказывать публично свою позицию «как правильно жить». Церковь стала местом, куда ходят верующие люди, а не все подряд. А влияние РПЦ на страну стало снижаться. В России появлялись школы и новые церкви: лютеранские, католические и пр.
Санкт-Петербург — это прекрасный пример города, где православные церкви были максимально секуляризированы.
Петр Первый явно хотел реформировать православную церковь, внедряя в неё новшества. Посмотрите на Петропавловский собор. Это православный собор. Но он же совсем не похож на церковь РПЦ: шпиль, цвет, размер, совсем незнакомый интерьер, амуры, статуи, балкон (амвон) в соборе — почему так?
Российская православная церковь могла быть полностью реформирована в 1700-х годах, но из-за смерти Петра Первого она прекратила радикальные реформы, а перешла к частичным. Петропавловский собор — это пример реформы, которую хотел внедрить Петр. Что-то схожее с протестантизмом и католичеством, но с православными обычаями и иконами. Такими церквями могла быть застроена вся Россия, но увы, этого не произошло.
При этом церковь была взята под жесткий контроль обер-прокурором, а архитектура церквей сильно изменена. Казанский собор, Исаакиевский, Измайловский — они совсем не похожи на церкви, которые можно увидеть в Греции или Турции. Это абсолютно модернизированные здания. Исаакиевский собор — это и вовсе геометрически точный прототип Капитолия в США.
Это давало возможность жестко отграничить церковь, но не уничтожать её. С приходом же большевиков церкви и вовсе уничтожались под предлогом того, что священники издевались над детьми и заставляли всех разбивать лоб за религию. Хотя, разумеется, это было лишь пропагандистским ходом. Ведь церковь не соглашалась с новой советской властью и была проблемой для коммунистов, хотя она уже как 300 лет подряд находилась под четким контролем обер-прокурора.
С появлением СССР власти про церковь забыли на долгие годы. Из-за этого церковь отделилась от государства, реформы не появлялись, старые обычаи оставались. В 90-е годы церковь вернули, но реформы шли плохо. Поэтому сегодня церковь ровно такая, какой была более 100 лет назад, в 1918 году. С теми же старыми обычаями и традициями, но при этом не имеет контроля обер-прокурора. Хороший пример этому: если в Греческой церкви люди сидят, а не стоят на коленях, то в РПЦ стоят или встают на колени, как это было ещё при царе.
Если в Германии католический священник не придет в школу по причине контроля власти, то в России священник в школе будет читать свои взгляды, как при царе-горохе, даже не 100, а 300 лет назад (до реформ Петра Первого). Это порождает естественную реакцию светского общества — возмущение.
Кто-то из уважаемых читателей может воскликнуть: «Да, ничего в этом плохого нет! Он же просто читает детям!» Но в том и есть отличие между церковными школами и светскими. Школы реформируются и заставляют мыслить, церковь же чаще заставляет учить штампы: это плохо, а это хорошо. Разумеется, все понимают, что российские школы плохие и там можно набраться намного больше плохого, чем полезного. Поэтому про школы мы говорим лишь условно и идеализируем.
Но вы только поглядите на это: в школах не учат, сами учителя часто не могут сложить два слова, а теперь ещё заставляют детей учить ОРКСЭ. Ну не смешно?
Есть несколько важных отличий, которые дают понять о том, что церковные обычаи не всегда полезны для детей. Если в Дании уже в средние века запретили монахов-воинов, то в России они есть до сих пор. Монахи-воины и монахи-корреспонденты — невозможная вещь для той же католической церкви.
Более того, монах — это не всегда святой человек, его не всегда нужно слушать. Это человек, который имеет определенный фанатизм, но важно понимать его уровень фанатизма. Есть монахи, которые готовы морить детей голодом за грехи, неверно трактуя священные писания, а есть те, кто лишь скажет, как поступать благоразумнее на основе опыта и писаний.
Одно дело, когда детям рассказывают действительно правду о религии, а другое - когда тыркают терминологией и тут же заставляют раскрашивать государственные флажки.
А есть и те, кто вешает портрет президента наравне с Богом или флагом страны и призывает к активным патриотичным действиям, но не помнит строчки: «Не делай себе кумира и никакого изображения того, что на небе вверху, и что на земле внизу, и что в воде ниже земли; не поклоняйся им и не служи им», что уже отвергает президента как лидера, которого можно считать наравне с Богом или выше его.
Есть те монахи, кто осуждает прихожан за то, что те не дают подати, в то же время в католической церкви часто свечи или иные вещи вовсе можно брать за пожертвование даже в виде детского рисунка или игрушки.
Друзья. Давайте будем честными. Деньги — не единственное, что может быть благодарностью. Даже слово «спасибо» — это уже благодарность. Странно бы было осуждать священнослужителей за их взгляды, но при этом нельзя не обратить на это внимание. Это несправедливо. Церковь — это место, где можно подумать о многом, но это не место, которое к чему-то обязывает. Она построена исключительно для духовной связи с тем, что управляет нашим миром или его создало (увы, наука не дает на это точный ответ), но, к сожалению, старые ценности забываются.
Часто, когда человек идет в церковь, он несет свои мысли, а не деньги. Более того — это исключительно желание человека, и его ни в коем случае нельзя корить за то, что он не дает никаких материальных ценностей. Более того, бывают люди, имеющие внутренний мир, который дороже цены целого Эрмитажа.
Так, тихо, без лишнего шума, строится новая реальность. Реальность, где не надо мучительно искать себя, задавать сложные вопросы. За тебя уже все решили, объяснили и указали на врагов. Осталось только молиться, каяться, платить за свечки и читать правильные новости.
СМИ не замечают изменений, журналисты на интервью лишь кивают, учителя готовы повторять методички ради смешных премий, а детей теперь воспитывает идеология. Лишь частные школы, которые стоят как месячная зарплата кассира Пятерочки, могут ещё давать какую-то надежду на образование.
Что делать в этой ситуации нам, рядовым гражданам? Думать. Думать, господа и решать! Перестать быть идиотами в чужих глазах и не бояться защищать свой внутренний мир.
Не смиряться, не кивать, не каяться и не надеяться, что послушание зачтут на том свете, компенсировав им все неудобства на этом.
.jpg)
.jpg)
